Сразу после того, что здесь.
"Мама, мне нравится мальчик, ему двести лет и он подозрительный. Я останусь с ним ночевать, но конфеты у него больше есть не буду". По дороге домой Ксения снова почувствовала, как перед глазами всё плывёт, а земля под ногами будто проваливается. Ей пришлось присесть на скамейку, хотя до дома оставалось не так далеко. Но впереди был скользкий участок дороги, и Ксения решила не идти, пока не сможет снова хорошо держаться на ногах. Она чуть было не начала засыпать прямо там, где сидела, но в этот момент очень вовремя зазвонил телефон в сумке. Ксения взяла трубку. Это оказалась мама.
- Привет, артистка ты моя! Как ты там? Ты, как в этой школе творчества работать начала, так совсем пропала. Так занята, что матери позвонить времени нет?
- Прости... Да, я правда занята. И в "Фантазии", и рисую ещё. Ты сама мне лучше звони.
- А что голос-то такой, как у умирающего лебедя?
- Да не выспалась. Ночью в библиотеке плакат рисовала. У них там "день домового", а художник-оформитель заболел.
- И ты вызвалась вместо него? Ночью?!
- Ну да. А потом с утра в "Фантазию". Сейчас домой иду. Ну как, иду. Сижу... Но недалеко.
- Так, стоп! И часто ты не ночуешь дома?
- Ну, вообще нет. А в чём дело? Я уже взрослая и могу ночевать на работе, если будет нужно! Пётр Иванович, вон, постоянно так делает! Только сегодня было наоборот, - Ксюша засмеялась. - Сегодня я раньше него пришла. А так он тоже часто остаётся в "Фантазии", когда все уйдут, и не уходит домой ночевать, а что-то там до утра делает, - она вдруг помрачнела, задумавшись, что, в свете открывшихся обстоятельств, он мог делать по ночам. - Готовит что-то для детей... наверное. Планирует. Я ещё поинтересуюсь.
- Ты, главное, сама с ним на ночь там не оставайся! А то вдруг тебе в голову ещё придёт...
"Остаться, спрятаться и проверить! Он ведь должен как-то выдать себя?"
- Мама, ты мне сейчас такую идею подала, ты не представляешь! - Ксения окончательно взбодрилась - В следующий раз как раз останусь!
- И зачем?
- Ну... Я хотела бы присмотреться к Петру Ивановичу и узнать его получше. Как раз выяснить, что именно он там делает после работы. Так что в ближайшую неделю мне как раз лучше не звони, а то мало ли.
- Он тебе нравится, что ли, этот твой Пётр Иванович? Ты говорила - молодой вроде ещё.
- Да-да, совсем ещё молодой, еле-еле двести лет ему набежит... - вспомнила что-то Ксения.
- Чего? Двести?!
- Тьфу ты, сплю на ходу, всё в голове путается! Двадцать с чем-то, я думаю. Ну, пока вроде нравится - он интересные вещи придумывает, про волшебство, фей, ведьм, живые игрушки ещё показывал. Детям весело, мне тоже. У нас половина занятий проходит так, будто все под травой или грибами! Вот, хочу узнать, в чём же секрет, если он есть.
- Ты смотри там! Под травой и грибами она... Или там правда какие-то странности есть? Пётр Иванович как, по-твоему, вообще - нормальный? Не намекает детям на какие-нибудь гадости, слишком взрослые темы? Ничего такого не было?
- Взрослые темы? Ты что, он наоборот, только за то, чтобы дети не взрослели! - Ксения снова засмеялась, но тут же осеклась, осознав, на что это похоже.
"А вот детей Земли мы возьмём в свои руки. Обманем, одурманим, околдуем! Мы остановим их рост, так, чтобы им никогда не исполнилось шестнадцати лет".
- Ну, вообще-то это тоже подозрительно, - заметила мама.
- Да, подозрительно, - подтвердила Ксюша, посерьёзнев. - И они ещё строят ракеты.
- Какие ракеты?
- Чтобы отправить детей в космос. Это планируется сделать летом. А пока все ходят под грибами и чудо-травой, чтобы не взрослеть. Всё идёт по плану...
- Так, ты сейчас то ли придумываешь что-то, то ли уже засыпаешь, судя по тому, какую чепуху несёшь! - весело заметила мама. - Ступай домой, отсыпайся и будь там осторожнее. Если Пётр Иванович правда делает что-то нехорошее - увольняйся! Ты поняла меня?
- Я... поняла, да, - Ксения решила не уточнять, что поняла она сейчас кое-что другое. - Я ещё немного там присмотрюсь, чтобы точно понять - делает он нехорошее или на самом деле всё нормально. А там видно будет. Но конфетами у него угощаться больше точно не буду. Я уже и так перестала.
- Иди домой уже, выдумщица! И осторожнее. Мне чтоб дома ночевала!
- Хорошо, буду дома. Спасибо.
- За что?
- За то, что разбудила и помогла кое о чём задуматься. Пока! - Ксения положила трубку. Ей было немного неловко за то, что она разболтала слишком много, но, к счастью, мама восприняла кое-что из этого как шутку. Хотя, вероятно, не всё. Покачав головой, Ксения поднялась со скамейки и направилась в сторону дома. В голове вдруг всплыл один разговор, случившийся много лет назад:
- Знаешь, мама, мне нравится мальчик. Ему двести лет.
- Да что ты говоришь! И как, ничего тебя не смущает?
- Ну, кое-что смущает, конечно. По-моему, он для меня какой-то слишком маленький. Можно, я его усыновлю?
- Ещё лучше! Ты сама сначала вырасти! Усыновит она...
- А что? Пятилетняя девочка его уже пробовала усыновить. А я чем хуже?
- Двести лет, а пятилетняя девочка усыновила, да?
- Ну да! Выглядит-то он как маленький. Мне, наверное, в карман поместится. Но он у той девочки. Скорее всего, ему у неё не нравится. А у меня ему понравится, потому что я чёрную магию люблю!
"Теперь большой, уже не усыновишь, - горько усмехнулась она. - И я тоже... сменила род занятий. А насчёт чёрной магии ещё придётся проверить... Что-то он точно может, но пока справляется плохо. Костюмы, точно! Наверное, их поэтому надо заменять! Это опасные костюмы, они что-то делают с детьми! Надо будет обсудить с Лизой".